К Финляндскому вокзалу по Литейному она везла на саночках два тельца, которые не могли разговаривать, третье шло рядом, периодически падало в снег и бормотало:

”Мама, брось меня. Я умираю…”

И бабушка, весившая тогда 28 кг, поднимала старшую дочь… била ее по щекам и хрипела:

«Нет. Ты будешь жить. У тебя будут дети. Я не дам тебе умереть!»

На Ладоге один из солдат дал бабушке малюсенький кусочек шоколада, который она разделила на три части и сунула девочкам в рты, чтобы при бомбежке, если машина уйдет под лед, они умерли, чувствуя вкус мирной жизни.

А потом, в эвакуации, она еще долго продолжала кормить дочерей 125-ю граммами съестного, чтобы те не умерли от переедания.

Она вся была порезана: в блокаду у нее вылезли лимфоузлы, она навсегда осталась седой беззубой, но волевой женщиной.

Несчастное поколение, на долю которого не выпало жизни, детства, юности, молодости. Только страх войны.

Сквозь слезы, бабушка в этот день повторяла только одно:”Не дай бог…. не дай бог…”

Не дай мне бог когда-нибудь превратиться в идиотку, рядящую своих детей в военную форму и истерящую: ”Можем повторить!”

НЕ МОЖЕМ. НЕ ПОВТОРИМ. НЕ ДАЙ БОГ…