«Жизнь − это боль, да. У дерева же все болит. Но все-таки жизнь − это больше желание. Жизнь − это дефицит. Изобилие − это смерть. Как только вы видите потухший взгляд и отсутствие всяких желаний, то все, жизнь закончена. Надо пестовать свои желания, пока они у тебя есть, и все будет. И творчество, и все остальное. Голодание продлевает жизнь. Сытость ближе к смерти.

Дефицит рождает удивительное ощущение удовольствия. Когда я голодаю или держу диету, возникает совершенно иное отношение к еде и куску хлеба. Дефицит очень важен во всем. В свободе, и то дефицит нужен, даже необходим.

Как только человек имеет всю свободу на свете, он становится животным.

Нельзя не думать о смерти, более того, с возрастом ее присутствие необходимо. Чем дальше живешь, тем интересней понимание того, что в тебе конечно. Конечна твоя проявленная и непроявленная сущность. Мы же не знаем, насколько мы умираем. Я думаю, что там, за чертой, что-то есть, что остается навсегда. Скажу так, гедонизм исчезает, когда понимаешь, что будет жизнь, с её насущным хлебом и поющими птицами, но без тебя. Конечно, это пугает. Но пока ты это гонишь от себя, ты жив.

Права человека − это химера и ложные движения европейской цивилизации. Это огромная диктатура лжи. Права человека нигде не соблюдаются.

Все великие цивилизации строятся на обязанностях, нельзя права человека ставить над его обязанностями.

Те, кто не исполняет обязанности, не могут иметь права. Посмотрите на китайскую цивилизацию, на христианскую цивилизацию − там прежде всего обязанности. Когда человек получает все права, он, грубо говоря, теряет человеческий облик. Что такое обязанности? Это культура! На мой взгляд, либеральная европейская мысль ведет к пропасти только потому, что она фетишизировала права. Это путь в ад. Я в этом смысле мракобес и ватник.

Глобализация уничтожает суверенитет государств… И зрители наши, к несчастью моему, все чаще становятся киноамериканцами. Едят поп-корн во время сеанса. Почему сейчас такое громкое кино? Потому что все жуют. Голливуд снимает кино для жующих. Я снимаю кино для читающих. Закон рынка, когда спрос определяет предложение, ведет к уничтожению культуры. Потому что спрос всегда ниже, чем должен быть. Массовость губительна. Человеку свойственна индивидуальность. Недаром в Библии сказано, что дорога наверх трудна и узка. Поэтому так случается в искусстве, что рынок становится все более массовым.

Человеку легче жить, не делая усилий, а без усилий нет роста. Я часто говорю своему сыну, что люди, которые читают книги, будут управлять теми, кто их не читает.

Я часто думаю, почему, если высокий ВВП, то страна успешная, а низкий ВВП − синоним катастрофы? Это же большая иллюзия, может быть высокий ВВП и несчастные люди. Норвегия − страна с успешной экономикой и высоким уровнем самоубийств. Экономика измеряется цифрами, но не измеряется счастьем людей. Рыночная стоимость и человеческая ценность − это разные вещи.

Все мы меняемся, не меняются только идиоты. С возрастом возникают другие иллюзии. Почему иллюзии? Потому что каждые десять лет мы говорим: о, какой я был дурак. В тридцать лет думаешь, что в двадцать лет был глупый, в сорок лет думаешь, что в тридцать лет был наивный. То же самое и в восемьдесят лет: думаешь, ой, я в семьдесят молодым человеком был.

Нужен ли актеру ум? Тут все сложно. Великие актрисы имеют колоссальную мудрость. Возьмите Инну Чурикову, Джульетту Мазину, Анну Маньяни − они все великие актрисы. Но мудрость у них феноменальная. Великий актер может быть и необразованным, наивным. Актер может быть очень глупым человеком, но великим актером. А может быть очень умным человеком, но плохим актером. Тут единой формулы нет. Кеша Смоктуновский − он не был интеллектуальным человеком, но был гениальным актером. Есть актеры нарциссы − у них присутствует определенный нарциссизм, который выдает их актерскую сущность и показывает низкое ай-кью.

Вообще для мужика противоестественно желание нравиться. Это чисто женское начало.

Желание нравиться присуще не только актерам, но и вообще творческим людям. Писателям, например. Все очень индивидуально. Я думаю, что Бунин любил нравиться, а Антон Павлович Чехов терпеть этого не мог. Завидую людям, которые могут заставить других плакать без собственных слез. Для меня в этом плане феноменален Константин Симонов. В Интернете есть видео, как Симонов читает «Жди меня» − это шедевр мужского таланта.

Художник не может быть некультурным, сегодня это серьезная проблема. Все серьезные художники хорошо знали мировую культуру. Знали традиции, а традиции − это же человеческая мудрость. А вот новаторство − это уже нарушение традиций. Прежде чем что-то нарушать, надо знать. Блокбастер − это то, что интересно смотреть. Очень интересно смотреть. Но когда кино заканчивается, его быстро забывают. А когда кино − произведение искусства, тогда после фильма не хочется разговаривать, а хочется помолчать.

Знаете, что самое дорогое для режиссера? Молчание зрителей после фильма. Это показатель прикосновения к тому, что словами выразить нельзя. А вы говорите свобода. Дело не в свободе, а в таланте».

Автор: Андрей Кончаловский

fit4brain.com