Она сказала: «Я верю, что Бог так же, как и мы, глубоко скорбит о том, что произошло. Но ведь мы годами выгоняли Бога из наших школ, из нашего правительства, из нашей жизни. И я думаю, что Бог, будучи джентльменом, просто отступил. Можем ли мы ожидать от Бога благословения и защиты, если мы при этом требуем, чтобы Он нас оставил?»

Давайте вспомним… По-моему, все началось, когда Мэдлин Мюррэй О’Хара (она была убита, ее тело было найдено недавно) заявила, что в школе не место молитве,
и мы сказали: «Хорошо».

Потом кто-то сказал, что лучше бы в школе не читать Библию (Библию, в которой сказано: «Не убивай», «Не кради» и «Возлюби ближнего твоего, как самого себя»!).
И мы сказали «Хорошо».

Затем доктор Бенжамин Спок сказал, что нам не следует применять телесные наказания к нашим детям, когда они плохо себя ведут,
потому что этим мы повредим их маленьким личностям — мы можем испортить их чувство собственного достоинства (сын доктора Спока покончил жизнь самоубийством). И мы сказали: «Он — специалист и знает, о чем говорит».
И так мы сказали: «Хорошо».

Потом кто-то сказал, что учителям и директорам нельзя наказывать наших детей. А администрации школ строго-настрого запретили своим преподавателям даже касаться провинившихся учеников, потому что им не нужна плохая реклама и уж тем более они не хотят отвечать за это перед судом (есть большая разница между наказанием и прикосновением, поркой, унижением, битьем и т.д.).
И мы сказали: «Хорошо».

Затем кто-то сказал: «Давайте разрешим нашим дочерям делать аборты, если они этого хотят. Им даже не придется рассказывать родителям».
И мы сказали: «Хорошо». Тогда какой-то мудрый член школьного совета сказал: «Мальчишки всегда будут мальчишками и всегда будут этим заниматься. Так что давайте дадим нашим сыновьям столько презервативов, сколько они хотят, чтобы они могли развлекаться, как им угодно. А нам не придется рассказывать их родителям, что они получили их в школе».
И мы сказали: «Хорошо».

Потом кто-то из нами же выбранной верховной власти сказал, что неважно, что у нас в частной жизни, если мы хорошо делаем свою работу. И, соглашаясь с этим, мы сказали, что нам неважно, кто (включая президента) чем в частной жизни занимается, если у нас есть работа и с экономикой все в порядке.

Тогда кто-то сказал: «Давайте печатать журналы с изображением обнаженных женщин и будем называть это здоровой практической
высокой оценкой красоты женского тела». И мы сказали: «Хорошо». Тогда некоторые пошли с этой высокой оценкой еще дальше и начали публиковать фотографии обнаженных детей, а затем и еще дальше, поместив их в Интернет.
И мы сказали: «Хорошо, у них есть свобода слова».

Затем индустрия развлечений сказала: «Давайте делать фильмы и телепрограммы, пропагандирующие насилие, богохульство и запрещенный секс. И давайте записывать музыку, поощряющую употребление наркотиков, изнасилования, убийства, самоубийства и сатанизм».
И мы сказали: «Это всего лишь развлечение, негативного эффекта эта музыка не несет, всерьез ее никто не воспринимает, так что продолжайте в том же духе».

И теперь мы спрашиваем себя, почему у наших детей нет совести, почему они не могут отличить плохое от хорошего, почему они, не задумываясь, убивают незнакомцев, своих одноклассников и самих себя. Возможно, если мы всерьез и надолго задумаемся, то мы сможем в этом разобраться. Я думаю, что здесь дело в том, что «что посеешь, то и пожнешь».

Один молодой человек написал: «Дорогой Господь, почему Ты не спас маленькую девочку, убитую прямо у себя в классе? Искренне Твой, беспокоящийся студент».
Вот ответ: «Дорогой беспокоящийся студент, Меня не пускают в школы. Искренне твой, Бог».

Смешно, как людям легко избавляться от Бога, а потом удивляться, почему мир превращается в ад.

Смешно, когда мы верим тому, что говорят газеты, и сомневаемся в том, что говорит Библия.

Смешно, когда все хотят попасть на небеса, при этом не веря, не думая, не говоря и не делая ничего из того, о чем говорит Библия.

Смешно, когда кто-то говорит «Я верю в Бога», но сам следует за сатаной, тоже, между прочим, «верящего» в Бога.

Смешно, когда нам так легко судить и так трудно быть судимыми другими.

Смешно, когда глупые шутки распространяются со скоростью света, но люди дважды подумают, поделиться ли с друзьями статусом, в котором говорится о Боге.

Смешно, когда все непристойное, грубое, похотливое и вульгарное спокойно находится в Интернете, а в школе или на работе открытая дискуссия о Боге невозможна.