А еще она — юрист, лауреат премии конкурса «Деловая женщина года» компании Ernst&Young при поддержке правительства Москвы, попечитель благотворительного фонда «Даунсайд Ап», композитор, певица и, наконец, жена и многодетная мать. А может быть, прежде всего, жена и мать? В интервью с Амарией Рай мы попытались выяснить, каков же он — ключ к подлинному женскому счастью.

— Вы — самодостаточная женщина, многого добившаяся, а какая вы жена?

— Замечательный психолог и мыслитель Адольф Хараш, с которым мне посчастливилось быть знакомой и работать над одной из книг, говорил, что если женщина желает быть успешной в браке, она должна быть психотерапевтом для своего мужа. При этом он же определял психотерапевта, прежде всего, как хорошего собеседника, отличающегося от плохого важным качеством — умением слушать и слышать.

Я стараюсь этому соответствовать. Двадцать лет тому назад начался наш с мужем диалог, и он продолжается ежедневно, мы не оставляем недосказанности между нами. Диалог — это два самораскрытия, встречное движение и стремление к откровенности. Довольно необычно, но в нашем браке соблюдается правило: ложь — это не вранье как таковое, не сказанная вслух правда — тоже ложь.

Фото Ирины Коротневой

Нам повезло, мы — единомышленники и лучшие друзья, у меня нет человека ближе, чем муж. Есть наша пара, потом дети и другие близкие. Со мной бывает непросто: человек я требовательный, эмоциональный. Мужу выдержки не занимать, и это, пожалуй, единичный в моей жизни случай, когда я с полной готовностью становлюсь ведомой, подчиняюсь, признавая его абсолютное превосходство во внутренней силе, интеллекте, умении мыслить позитивно. У тех, кто знаком с нами шапочно, может сложиться совершенно иное впечатление, но внешняя картинка обманчива, и внутри пары все именно так: я — ведомая жена, и нахожу в этом особую радость. Не будет преувеличением сказать, что деловыми и творческими успехами я во многом обязана мужу, он искренне поддерживает и вдохновляет меня. И, конечно, я благодарна за четырехкратное счастье материнства.

Какие уроки вы вынесли из первого брака?

Мой первый муж часто повторял: «Брак — это поиск компромисса». Мы его не нашли. Доходило до неприятных моментов, он срывался в агрессивное поведение, я замыкалась. Судьба супружества зависит от двоих, и ответственность за успех или провал — равная. Сейчас у него хорошая семья.

Ваш второй брак можно назвать идеальным? Нужна ли постоянная духовная работа, чтобы любить и быть любимой?

Мой второй брак я ощущаю счастливым. Идеального в мире не существует. Принято говорить о том, что любовь — это встреча «двух половин одного целого». Не так давно я обнаружила определение, которое кажется мне более точным, жизнеспособным: любовь возникает не между двумя половинками целого, а тогда, когда одно целое узнает себя в другом и радуется этому узнаванию. Это рассуждение принадлежит одной из интереснейших женщин прошлого столетия — Лу Саломе, покорившей Ницше. Полагаю, что брак между самодостаточными людьми, как правило, можно назвать успешным.

Фото Ирины Воителевой

Вообще говоря, само восприятие мною любви в нашем союзе подверглось трансформации. Однажды в разговоре с епископом Нарьян-Марским и Мезенским Иаковом, который, к нашей радости, часто бывает в нашем доме, мы затронули тему супружества и рождения детей. Я поинтересовалась причиной того, почему Русская Православная Церковь не поддерживает искусственного оплодотворения в тех ситуациях, когда супруги страстно желают иметь ребенка как продолжение семьи. Его ответ открыл мне новую ступень в осознании любви. Мужчина и женщина встречаются и вступают в супружество не для деторождения, а, прежде всего, для того, чтобы, приняв и полюбив друг друга, обрести способность познать надгендерную любовь, всеобъемлющую, любовь к Создателю. В этом и состоит духовная основа брачного союза. По этому пути мы стараемся идти.

Это ежедневный труд принятия, смирения в его истинном смысле — смирение гордыни, отвыкание от навязчивой привычки осуждать, умение радоваться. Казалось бы, простая формула — «живи и радуйся», а как сложно порой ее применить к реальности, к нашей повседневности, в которой человеку неравнодушному не уйти от стресса, переживаний и страхов! Процедура по очищению души, по поддержанию в ней верных ориентиров должна быть регулярной, не менее привычной, чем забота о теле. Этому мы стараемся учить наших детей, младших — в шуточной, игровой форме: «Ой, что это, неужели чертик верещит, нашептывает тебе грубость (желание полениться, обмануть — и далее в зависимости от контекста)? Ну-ка, давай его прогоним!». Впрочем, ничего не выйдет, если родители сами не следуют тому, что предлагается детям. Мы каждый день прикладываем усилия, чтобы соответствовать тому, чему учим.

Какие женские качества вы проявляете в семье?

В моем случае скорее можно говорить о том, какие женские качества я старательно не проявляю в семейной жизни. Так сложилось, что «женская хитрость», которую принято считать важным помощником слабого пола, мною сознательно отвергается. Я в принципе не сторонница придавать хитрости или, скажем, логике гендерную принадлежность. Хитрость есть лукавство, суть ее — ложь. Вместо лукавства можно спокойно аргументировать свою позицию. Логика же либо присутствует, либо отсутствует. Все просто.

Фото Ирины Воителевой

Какая вы мама?

Объясняющая. Требовательная, но объясняющая причину требовательности в том или ином вопросе. В свое время моя мама не тратила на это энергию, однако беспрекословное выполнение указаний может вызвать и, как правило, вызывает детский протест.

Мама занималась мною, единственным ребенком, самоотверженно, достаточно сказать, что в 2,5 года я самостоятельно читала. Отличный школьный аттестат, «красный» диплом МГУ — ее заслуга. Но на протяжении многих лет, десятилетий даже, у нас не было близких отношений. Одна из моих песен — «Мама» — рассказывает именно о той боли и о неизменной надежде дочери на искренние отношения с незаменимым, по природе самым близким человеком — мамой.

С Иваном Смирновым-мл. во время клубного концерта
Фото Ирины Коротневой

Сейчас мы понимаем друг друга гораздо лучше, — мама стала мягче, и я вступила в пору зрелости, когда понимаешь, что мир предстает перед тобой таким, каким ты его хочешь видеть.

Со своими детьми я стараюсь быть мягкой и справедливой, стараюсь проявлять ласку поровну, чтобы никто из четверых не чувствовал себя обделенным. У них разные потребности в силу возраста: 17, 12, 8 лет и 2,5 года, но база нашего общения — родительское уважение к личности. Я никогда не воспринимала ребенка как часть себя, я чувствовала себя сосудом, в который поместили жизнь, человеком, которому доверили нести хрупкую чашу с волшебным эликсиром, который нельзя расплескать. Появление ребенка — это чудо. Мне очень повезло: все четыре беременности протекли без каких-либо осложнений, и что, кроме благодарности, можно испытывать?

Какова, на ваш взгляд, роль жены в современной семье? И в чем заключается служение современной женщины?

Роль женщины в семье претерпевает естественные изменения, впрочем, если исключить вынужденные обстоятельства, выбор основной роли зависит от самой женщины.

К сожалению, институт брака сегодня лишен прежнего статуса, свободные отношения и перебор партнеров вошли в норму и даже в моду в некотором смысле. От последствий страдают именно женщины, которые по-прежнему менее защищены в социальном плане. В российской действительности ситуация усугубляется известным дисбалансом числа мужчин и женщин после тридцатилетнего возрастного рубежа. Результат — большое количество неполных семей, где на женщину возлагается все: роль добытчика, воспитателя, домашней хозяйки… Это огромная нагрузка, и обществу следовало бы проявлять больше сочувствия, поддержки и без преувеличения — милосердия к таким женщинам.

Служение женщины во все времена в том и состоит, что она, за редким исключением, способна принять на себя ношу, которую обычно несут двое, всю тяжесть — как во времена войн и катаклизмов, так и в мирное время. Самоотверженность — вот сердцевина женского служения.

На благотворительном мероприятии в Геологическом музее РАН

Опасность для женщины и ее окружения в том, что в некоторые моменты от усталости и обиды она может почувствовать себя жертвой и потребовать компенсации. Здесь заканчивается служение, и открывается простор для манипулирования по известному сценарию: «Я всем для тебя пожертвовала, я жизнь на тебя положила». В этот момент женщина роняет себя, забывая о том, что ребенок — а как правило, адресат именно ребенок, — не просил этих жертв, выбор был сделан ею. Добро не требует платы. Вознаграждение приходит само. Если звучит требование платы — это не добрый поступок, а инвестиция. Это не служение, а голый расчет.

Счастье женщины состоит в самоотверженном служении, оно диктуется любовью. Любящая женщина — мать, дочь, жена — подумает сначала о том, кого любит, потом о себе. И в этом искреннем движении, а вовсе не в роскошном существовании за чей-то счет — ключ к подлинному каждодневному женскому счастью.

Беседовала Елена Ерофеева-Литвинска